«Далеко-далеко, в той стране, куда улетают от нас на зиму ласточки, жил король. У него было одиннадцать сыновей и одна дочь, которую звали Элизой». Таким поэтичным и слегка интригующим зачином (так-так, а куда у нас улетают ласточки?) начинается одна из самых известных сказок Андерсена «Дикие лебеди». Всего через пару предложений, описывающих беззаботный досуг принцев, мягкая ирония уступит место мрачному юмору («Да, хорошо жилось детям, только недолго!») и – бац! — стремительно изменится жизнь Элизы и братьев, что и составит завязку сказки.
Не то в спектакле Кукольного театра сказки: «бац!» предваряется подробным рассказом про художницу, любившую вырезать фигурки из бумаги и в порыве вдохновения навырезавшую для своих внуков целый теневой театр. Конечно, все это не имеет ни малейшего отношения к истории диких лебедей и нельзя сказать, что сильно интригует (хотя наблюдать за тенью художницы на экране довольно увлекательно: несколько порывистых взмахов ножницами – и вот уж нам показывают лебедя или еще кого-нибудь красивого) – зато она сюжетно оправдывает основную технику спектакля: большая часть событий мелькает тенями на большом белом экране посреди сцены. Статичные черные фигурки искусно вырезаны и немного напоминают силуэтные иллюстрации к «Диким лебедям» Эрика Булатова и Олега Васильева (издательство «Малыш», 1976 год). Управляют ими – причем у всех на глазах, меняя картинки на небольшом горизонтальном экранчике, изображение с которого проецируется на экран «для зрителя», — так вот управляют театром теней двое – актер (он же, кстати, режиссер постановки) и актриса, одетые в псевдосредневековые фантазийные одежды. Еще они ведут вкрадчивые диалоги, произносят проникновенные монологи, музицируют и танцуют – что, в общем, правильно, потому что без их посильного вклада силуэтам Элизы и прочих героев сказки было бы трудно удерживать зрительское внимание в течение двух действий. Собственно, и Булатов и Васильевым пришли когда-то к подобному решению: выразительность их иллюстраций — в сочетании силуэтной и цветной графики. Но только уж они не стали мудрить с цветом – есть так есть, нет так нет, в то время как декорации и костюмы «Лебедей» Театра сказки решены в оттенках слегка патинированной бронзы, так что никакого контраста черно-белому повествованию не возникает. Размеренное течение сказки не нарушается почти ничем (не особенно помогает даже угарный танец ведьм на кладбище), и ощущение, что спектаклю очень не хватает некого авантюризма, чего-то чрезмерного, не оставляет до конца. А так хотелось чего-нибудь такого, чего «не видал еще ни один король!».

Похожие сообщения