На этом «Маленьком принце» непривычно много смеются. Зрители надрывают животики, глядя на крушение самолета над Сахарой и радостно похохатывают в момент прощания Лиса с Принцем. Режиссер Светлана Озерская использовала любую возможность утрировать мягкий юмор Экзюпери. Жесты, мимика, интонации, звукоподражание, — в каждой сцене так или иначе достигается комический эффект. Например, Фонарщик, который, по тексту, единственный из жителей астероидов «не смешон», в спектакле снабжен дефектом дикции, и — таки смешон; Лис же — игривый щенок, устраивающий шоу и из процесса «приручения» и из прощальных рыданий. Мало того, авторы спектакля явно постарались избежать какого-либо душещипания: действие происходит на фоне двух вполне технического вида цилиндрических конструкций и географических карт, Маленький принц почти лишен черт пронзительной недетской мудрости, а самые невыносимые сцены книги — уговор Принца со змеем и объяснения по этому поводу с Летчиком — вообще вынесены за скобки. В итоге история становится более жизненной и легкой, но не перестает говорить о дружбе и любви, об истинном и ложном, о главном и второстепенном. И говорить на максимально доступном детям языке: степень владения детской аудиторией (общая заслуга режиссера, художника Захара Давыдова и актеров Игоря Сергеева и Марии Мирохиной) на этом спектакле такова, что самый безудержный смех стихает, как по мановению волшебной палочки, ровно в тот момент, когда требуется. И тогда ничто не мешает сказать и ничто не мешает услышать: «Зорко одно лишь сердце»…

Театральный проект «Круглый год»