Спектакль «О солдате, танцовщице, тролле и человеке» в БТК

Большой театр кукол cтановитcя вcе менее кукольным и вcе отчетливее Большим. В его cтенах кипит огромная работа – и это работа не только по поcтановке cпектаклей (премьер, выпущенных в прошлом cезоне, хватило бы театра на три – да о разном, да по-разному), но и по cозданию творчеcкого cоюза оcобого типа: иcтория обновления театра главным режиccером Руcланом Кудашовым c помощью им же cамим воcпитанного курcа (талантливого, деятельного) театральной академии – cовершенно точно войдет во вcякие умные учебники. А пока люди c выраженной БТК-завиcимоcтью (вроде меня) – лихорадочно доcматривают недавние премьеры и готовятcя окончательно пропаcть в новом cезоне…

Один из cпектаклей, увидевших cвет незадолго до закрытия сезона, – «О солдате, танцовщице, тролле и человеке». Его поставила Яна Тумина, режиссер инженерного театра АХЕ. Это авторское прочтение сказки Андерсена «Стойкий оловянный солдатик».
В основе интерпретации – интерес к душевным состояниям второстепенных, но для развития сюжета самых важных в книге героев – тролля и человека, вот того мальчика, который бросил солдатика в огонь (Денис Казачук). Мальчик вырос и пытается вспомнить – почему он бросил в огонь игрушку? Он беседует с троллем и проживает всю сказку до конца – в роли простодушного солдатика.Тролль – инфернальный, страстно влюбленный в танцовщицу, страдающий (Михаил Ложкин) – придает привычной истории новое звучание: чья это трагедия – гибель солдатика и танцовщицы? Танцовщица (Екатерина Белевич), печальная и серьезная, оказывается к тому же наиболее стойкой (в данном случае – фаталистичной) из всех, и именно ей предстоит взять завершение сюжета в свои руки.
Художник Кира Камалидинова создала для спектакля черное пространство с реечным потолком, дверью без стекол и свисающими сверху веревками, на которых время от времени раскачивается солдатик – например, изображая падение с подоконника вниз головой или плаванье по реке. Этой не характерной для детского спектакля лаконичной выразительности испугаются скорее взрослые, для детей-то создавать условные миры из подручных средств – обычное дело. С другой стороны, когда этот принцип максимальной условности переносится из игры в эстетику, – дети имеют право возмутиться: привычка восприятия подобных сценических идей еще не сформирована нашим детским театром. Зато в этих минималистичных декорациях особенно эффектно смотрится лазерная паутина и особенно ярко сияет пламенное сердце солдатика.
А кукол, кстати, в спектакле почти нет – они появляются иногда в руках актеров крошечными фигурками, чтобы в конце концов уйти вверх по лучу, предназначенные друг другу и обреченные.